+7 905 704 5133, +7 985 939 85 52
130 клиентов в 15 странах мира за 5 лет исследований рынков ЛПК. zakaz@whatwood.ru
WhatWood Идеи 80 идей конференции «Лесной комплекс России 2014»

80 идей конференции «Лесной комплекс России 2014»

15 апреля 2014 ` 01:46  

Агенство лесопромышленной аналитики WhatWood уже в третий раз провело твиттер-трансляцию с форума «Лесной комплекс России». По традиции, мы собрали наиболее интересные реплики конференции в итоговом материале.

80 идей конференции «Лесной комплекс России 2014»

Борис Тарасюк, Инвестлеспром, руководитель департамента лесообеспечения:

«Рынок подрядчиков не развит, поэтому у нас не будет работать скандинавская модель (когда лес на корню продает собственник, а заготовкой и вывозкой занимаются подрядчики). Сейчас есть два разумных решения проблемы сырьевого обеспечения – развивать собственную заготовку возле своих предприятий и переходить на аутсорсинг по австрийской модели: заключается годовой контракт по гарантированным ценам и объемам, со страхованием рисков. Возможная также синергия с потребителями смежного лесосырья: к примеру, мы поставляли еловое сырье Кондопожскому ЦБК, а его лесозаготовители осуществляли поставки сосны на наш Сегежский ЦБК. Благодаря всем этим мерам «Инвестлеспром» снизил стоимость лесосырья для своих предприятий на пиловочник – на 3%, на балансы – на 6%».

«В 2013 году цены на пиловочник в России выросли на 15%, а за два года (2012 и 2013) – на 28%, стоимость фанерного кряжа выросла на 10% и 20% соответственно, балансов – на 8% и 17%. Цены на пиловочник сейчас достигают 3000 руб./м3 с доставкой без НДС».

«Для того чтобы инвестиции пришли в леспром, необходимо решить вопрос сырьевого обеспечения. Меня смешит, что все строят лесопильные заводы, появляется по 3-4 предприятия в год, но о заготовке никто не заботится. Если у вас есть завод – придется заниматься заготовкой, вплоть до 100% обеспечения, потому что никто не застрахован от теплой зимы, от введения ограничений нагрузки на ось и так далее. Доля собственной заготовки «Инвестлеспрома» в зависимости от рынка может колебаться от 30% до 70%, при избытке мы продаем лес в Финляндию и Германию».

«Одной из важных составляющих сырьевой безопасности стало создание зимних складов, где сырье хранится под метровым слоеным пирогом из опилок и снега. В марте-апреле, когда из-за обилия древесины зимней заготовки цены падали на 15-20% относительно среднегодовых значений, мы покупали пиловочник и хранили его до осенней распутицы. Осенью же, когда цены взлетали порой на 30%, зимний склад вскрывался и холдинг использовал свое сырье, не участвуя в ценовой гонке».

«Новая норма нагрузки на ось и весовой контроль привели к удорожанию вывозки древесины – приходится загружать лесовоз не полностью».

Павел Старков, ММ-Ефимовский, директор по продажам:

«На европейском рынке лесопильные компании сейчас рассчитывают на продажу высококачественных, дорогих сортов древесины и хотя бы на стабильный рынок, никакого роста в Европе мы не ожидаем. Одним исключением из этого правила является Прибалтика – там позитивное оживление, происходит замещение местной и скандинавской продукции российской доской. Причины этого отчасти в логистике – российскую ближе поставлять, чем скандинавскую, а также в качествах бореальной доски – она выигрывает у прибалтийской по прочности. Кроме того, европейские компании переносят производство в Прибалтику: в Литве есть несколько проектов, шведский и финский капитал активно инвестирует в Эстонию».

«Если вы в состоянии контролировать цену на пиловочник, снижать заводские издержки, сокращать логистические расходы на большом объеме, следить за ценой на рынке (японский рынок до сих пор самый дорогой) и если вы наладили сеть продаж, агентских соглашений, то такой бизнес просто обречен быть доходным. На каком бы рынке вы ни работали, контролируя эти пункты, можно вести доходной бизнес в любом регионе».

«Есть зачатки индустриальной дистрибуции плит и пиломатериалов на региональном уровне – в Москве и Петербурге. Рынок московского региона по объему равен рынку небольшой европейской страны, существует такие крупные дистрибуторы, как Каширский двор, сети Castorama, OBI, Leroy Merlin цивилизованно работают и сами инвестируют в расширение сбыта».

«Рынок России довольно узок: неформальный стандарт деревянного домостроения в Москве и Петербурге – клееный брус 50х200».

«В отношении стандартов российский рынок достаточно требовательный. В Европе допустима синева продукции индустриального качества, в России – нет».

«Я оцениваю долю глубокой обработки на российском рынке лесопиления в 15-20%, причем зачастую маржа на домашнем рынке превышает экспортную. Это вопрос налаживания продаж: у меня был опыт, когда дистрибуционная сеть заказала строганую продукцию с Северо-Запада на поставку в Красноярск».

«В Южной Корее традиционно хорошо продаются боковая доска и паллеты. Индия также дает хорошие результаты. Там свои требования по сертификации, но динамика оптимистичная. Резкий всплеск продаж в Японии связан с грядущим повышением налога на потребление».

«Цены в Восточной Азии конкурентны; контейнерный фрахт на поставку в порт Японии или в Шанхай равен фрахту в балтийские порты».

Александр Мариев, Рослесинфорг, заместитель генерального директора:

«Специальных требований к переработке древесины на территории России как таковых в проекте нового ФЗ-415 не существует. Однако есть требование о поштучной маркировке ценных пород круглого леса (дуб, бук, ясень), которое заденет в том числе китайский рынок».

Иван Валентик, Минприроды, директор департамента государственной политики и регулирования в области лесных ресурсов:

«Даже в рамках системы приоритетных инвестпроектов лесные аукционы не позволяют полностью обеспечить лесом предприятия. Мы подготовили законопроект, который позволит подавать заявление о потребности в лесных ресурсах. Запрашивать дополнительные объемы смогут предприятия глубокой обработки. Глубина переработки при этом будет определяться конкурсной комиссией».

«Еще один проект ФЗ – легализация договора продления аренды. В рамках пролонгации на основе преимущественного права мы попытаемся протолкнуть норму о праве на продление максимального срока аренды еще на 49 лет».

«С 1 июля вводится обязательное декларирование круглых лесоматериалов. Чтобы снизить фактор коррупции, отказ в приеме лесной декларации допускается только один раз».

«Норма о защите конкуренции (запрет внесения изменений в договор поле того, как прошел аукцион) сейчас трактуется как запрет на любые изменения в договоре аренды, мы с этой практикой пытаемся бороться, уже есть согласие ФАС».

«Определение добросовестного пользователя мы постараемся сделать гибким, разумным и верифициуемым, мы понимаем, что бывают разные ситуации – как во время падения рынка в 2008 году, когда пошел кризис неплатежей».

«Сейчас начинается интересная дискуссия с Минсельхозом: компании, владеющие лесами на заброшенных землях сельскохозяйственного назначения, скоро смогут по факту перевести их в частную собственность, мы считаем, что пора начинать закреплять этот институт».

«Из 18 млн м3 заготовки частными лицами для строительства и ремонта (это 10% всего рынка) по факту на эти цели использованы десятые доли процента, остальное ушло на рынок – это «серая» древесина. Запрет на заготовку частными лицами по новому закону позволит ограничить эту практику».

«Закон о запрете рубок в защитных лесах в текущей редакции приведет к остановке заготовки в Карелии, мы добиваемся поправок в нем».

«По новому ФЗ малому бизнесу будут компенсировать затраты на лесохозяйственные работы».

Кай Меривуори, Ассоциация финских лесопильных предприятий, управляющий директор:

«Ближневосточным компаниям приходится много платить за пиломатериалы, потому что мировой рынок вырос, и предложение не так высоко, объемы уходят в другие регионы. Запасы российской древесины в Египте сейчас очень малы».

«Такие страны, как Судан, Йемен – это рынки будущего, сейчас они невелики, но там очень быстрый рост населения».

«В прошлом году европейский строительный рынок упал на 3%. Рост наблюдался только в трех странах – Дании, Венгрии и Норвегии. Британия – одна из немногих «ярких точек» на карте Европы сейчас, в целом спрос совершенно не растет».

«Если компания производит строганую продукцию, требуется очень однородное сырье и в этом проблема. Поэтому я считаю, что не стоит вкладывать в глубокую обработку одновременно с развитием лесопиления».

«Серная директива в Финляндии скажется на рынке в конце этого года, могут вырасти фрахтовые ставки. Стоит вопрос: как заменять старые корабли, которые часто предлагают самые дешевые ставки?»

«Германия и Южная Швеция сейчас будут поставлять на растущий рынок США, и у России появляется больше шансов продавать доску в Европе».

«Существует предубеждение о пожароопасности деревянных домов, но горит обычно только внутренняя отделка. Сам деревянный дом безопаснее бетонного».

«Финляндия не первопроходец в CLT – крупный конгресс-центр возле Хельсинки сделан из австрийской ели».

«Я думаю, что рынка биотоплива в Европе не будет без государственных поддержек и субсидий».

«В Саудовской Аравии строительный рынок очень упал из-за ужесточения иммиграционного законодательства».

«Япония поощряет внутреннюю обработку, но из-за лобби в эту внутреннюю обработку почему-то входят дугласова пихта и австрийская сосна».
«Ослабление рубля пока не повлияло на рынок, но форвардные агенты говорят, что это может сказаться на фрахтовых ставках».

«России и Финляндии нужны компании, которые будут разрабатывать деревянные дома, конструкционные элементы для строительных фирм».
«Египет стал вторым рынком пиломатериалов для Финляндии в 2013 году, резко выросли поставки из Швеции. Несмотря на политические потрясения, в долгосрочной перспективе ближневосточный рынок вполне перспективен».

Рассел Тейлор, International Wood Markets, президент:

«Мы ожидаем двухлетнего периода высоких цен на пиломатериалы в США».

«В Китае слишком низкая себестоимость, поэтому на рынке глубокой переработки небольшие шансы у зарубежных поставщиков есть только в каркасном домостроении».

«Рост внутренних издержек приводит к банкротству лесопильных заводов в Сибири, даже модернизированных. Стратегией выживания для сибирских заводов может стать интеграция заготовки и лесопиления».

«Поставка пиломатериалов из Сибири по железной дороге в Шанхай обходится в $125/м3, морем – в $100, это намного больше, чем поставка судами из Канады и США ($55-60)».

«В Китае множество мелких оптовиков, сложно найти крупного дистрибьютора».

«Важный вопрос – откуда Китай будет поставлять лес в ближайшем будущем? Новая Зеландия работает на пределе логистических возможностей, но она может развернуть часть товарных потоков из других стран».

«На домостроительном рынке Китая наблюдается бум благодаря государственным программам доступного жилья и инвестициям населения в недвижимость».
«Многие небольшие рынки являются при этом высокомаржинальными и растущими: Австралия, ЮАР, Филиппины».

«Китай нуждается в лесе и уже платит самую высокую цену в мире за кругляк. Особенно велика необходимость в хвойной древесине. При росте ВВП в 5% спрос на лесопродукцию растет на те же 5%».

Алексей Бесчастнов, Poyry, консультант:

«Доля деревянного домостроения в мире растет, это точка роста для древесных плит, при этом спрос во многом определяет ремонтная активность».

«OSB – продукт в основном североамериканский, ДСП – европейский, MDF – азиатский (на 2/3 китайский)».

«Сейчас можно сказать, что если OSB приживется в Китае, товаропотоки изменятся достаточно сильно».

«Турция – крупный игрок на рынке древесных плит. Четверка крупнейших компаний – это Kastamonu, Yildiz Entegre, Yildiz Sunta и Starwood. 1,4 млн м3 ДСП в год производит одна из этих компаний – это четверть всего российского производства, а общий размер рынка – больше половины российского».

«Рынок MDF в России блокирован тремя проектами: по одному в Приволжском, Южном и Центральном федеральных округах. Проектов OSB много в Приволжском и Центральном округе».

«Нововятский ЛК производит по сути OPB, а не OSB, в плохих рыночных условиях его пресс способен переключаться на ДСП, сейчас объем производства составляет 100 тыс. м3. Хиллман во Владимирской области производит 30 тыс. м3 OSB из березы на китайском оборудовании. Еще 250 тыс. м3 в год сейчас способна производить «Калевала». В ближайших планах на российском рынке ввод еще около 1,5 млн м3 мощностей по производству OSB. Если все введут эти мощности, то цены упадут, и тогда российский рынок сможет вырасти до 1,5 млн м3. При пессимистичном сценарии падение цен составит €150 на м3, при спокойном сценарии – €70».

«Чуда в плитах ждать не приходится, а вот в пеллетах и в спросе, и в предложении возможны сюрпризы. С точки зрения себестоимости Россия на мировом рынке выглядит неплохо».

«В Японии строится много биотопливных ТЭЦ, но пока рынок пеллет там не сформирован».

«На северо-западе и в центре России наблюдается избыток предложения ДСП, в Приволжском ФО, отчасти на Урале и в Сибири – дефицит».

Франц Висбек, СП Аркаим, коммерческий директор:

«Спрос на пеллеты в Японии и Корее не рыночный, а в основном государственный».

«Пеллетное производство в восточных регионах России выгоднее, чем плитное».

Эдуард Аким, Санкт-Петербургский университет растительных полимеров, профессор, зав. кафедрой; ФАО ООН, член консультативного комитета по бумаге и древесным продуктам:

«В начале этого века скачок производства фанеры из тополя почти удвоил фанерное производство в Китае».

«В Финляндии больше используется щепа (потому что выгоднее политика субсидирования), а пеллеты экспортируются».

«Прогнозы по производству пеллет в Китае к 2020 г. колеблются в диапазоне от 1 до 50 млн т. Мировой объем торговли пеллетами к 2020 г. оценивается в $9 млрд».

«Сегодня 95% пеллет из России идет на экспорт, но уже по брикетам ситуация иная – на внутреннем рынке продается 30-40% продукции. Драйвером роста пеллетной отрасли может стать внутренний рынок, если будут созданы соответствующие условия».

«Пеллеты – идеальный продукт переработки отходов, и сочетание производства плит и пеллет – это отличный проект в ЛПК, я не согласен с их противопоставлением по сырью».

«International Paper и Mondi, придя на заводы в Светогорске и Сыктывкаре соответственно, подняли производство в несколько раз, того же добилась группа «Илим». Поэтому прежде чем строить новые ЦБК, я считаю, что надо в полной мере использовать существующие мощности».

«В России в планах создание 100 тыс. га лесных плантаций, это капля в море по отношению к китайскому объему. Лесные плантации в Китае обеспечивают крупнейший мировой ЦБП».

«Дефицит торгового баланса по бумаге и картону в России составляет $2 млрд, мы импортируем все наукоемкие сорта, кроме офисной бумаги».

«Мощности по производству пеллет в России можно оценить в 2-3 млн т. При этом абсолютно не развита сеть продаж: купить 10 тыс. т пеллет легко, купить 100 тонн – проблема».

«В России также совершенно не развит рынок двутавровой балки, которая популярна в мировом домостроении».

Александр Тоцкий, UPM, директор по продажам в России и СНГ:

«Ведущие рынки потребления фанеры в мире в порядке убывания – это Китай, Северная Америка, Япония и Европа. Из 3 млн м3 российского производства в стране остается 1,6-1,8 млн м3».

«По зрелости фанерного рынка мы далеко позади Европы. Тополь и хвойные породы считаются плохими, дешевыми, но это неверно, просто нужен грамотный инженерный персонал, который способен наладить такое производство. Страны Бенилюкса и Швеция работают только с хвойной фанерой, неверно считать этот продукт низкокачественным».

«У нас узкий рынок – производятся только три стандартных сорта фанеры: квадратная 1525 мм и большеформатная из березы и хвойная».

«Наша проблема – зависимость от экспорта. При этом специализированных рынков для фанеры достаточно много: она использовалась в строительстве поездов «Сапсан», под Петербургом есть компания, которая делает детские площадки из фанеры и занимает четвертое место на мировом рынке».

«На фанерном рынке России высокая эластичность цен: когда-то объем уходит весь на экспорт и цены падают, а в периоды кризиса фанера остается в стране и начинаются ценовые войны. Это привело к тому, что рентабельность для дистрибуторов снизилась катастрофически. В тяжелые месяцы дистрибуторы могут зарабатывать до 100 руб. с кубометра фанеры. Тогда они выживают только за счет комплексного предложения, диверсификации продаж на смежные стройматериалы».

Комментарий из зала:

«Чрезвычайно трудно переломить стереотип, что деревянный дом – это изба с удобствами на улице. Массовым домостроением может стать не элитный клееный брус и не изба из бревен, а каркасное домостроение. Сегодня оно не может конкурировать с многоэтажным, потому что надо обустраивать слишком большую площадь. Дом начинается от 80 м2, миллион на квартиру у человека есть, но двух уже нет, поэтому даже если метр в доме стоит дешевле, денег у населения не хватает. Кроме того, есть центростремительная сила – лучше жить возле Кремля, чем в чистом поле самому принимать решения за свою жизнь. Нужен орган, который будет ежедневно, без героических рывков, работать над темой – совершенствовать градостроительные планы, продвигать деревянное домостроение и так далее».

Пол Херберт, Interfor, член совета директоров; экс-генеральный директор группы «Илим»:

«Стоимость логистики – фундаментальный фактор прибыльности. Цена леса у пня в России втрое ниже, чем в Германии, и вдвое ниже, чем в Канаде, стоимость заготовки примерно одинаковая, а транспортировка готовой продукции втрое дороже, чем в Германии, и вчетверо, чем в Канаде. В итоге пиломатериалы из Сибири при поставке на китайский рынок, вопреки всякой логике, оказываются не самыми дешевыми».

«Металлообработчики платят гораздо меньше лесопильных компаний за поставку по железной дороге абсолютно аналогичного объема продукции, это глубоко неправильно».

Павел Трушевский, ООО «Лесная сертификация», генеральный директор:

«Необходимо зонирование эксплуатационных лесов по типу лесоводства – интенсивного и экстенсивного».

Александр Кулахметов, агентство лесного хозяйства Иркутской области, руководитель:

«Стоит понимать, что с введением пошлин на кругляк мелкие китайские заводы перешли границу и стали работать в России, производя низкосортные пиломатериалы. Рассел Тейлор говорил, что видел, как в одном регионе Китая из 80 маленьких лесопилок теперь работают 50, очевидно, что 30 просто перенесли в Россию. Отходы лесопиления на этих заводах лежат на земле и никак не монетизируются, иногда даже горят».

Николай Бурдин, институт НИПИЭИлеспром, генеральный директор:

«По нашим оценкам, внутренний рынок пиломатериалов в России на самом деле составляет 17-18 млн м3 в год».

Александр Чуркин, «Вологодские лесопромышленники», генеральный директор:

«Если бы не теплая зима, такого роста цен на пиловочник не случилось бы».

Пекка Хамалайнен, MENA Wood, управляющий директор:

«Страны Северной Африки – Алжир, Тунис – покупают качественные пиломатериалы по достаточно высокой цене».

Предыдущая страницаРедактор WhatWood расскажет о российском ЛПК на конференции Global Wood Industry Forum в Китае Следующая страницаОбзор лесопромышленных новостей мира 07-20.04.2014: выпуск пиломатериалов в Финляндии должен вырасти на 2% в 2014 г.; проблемы лесосырьевого обеспечения в мире

Что вы думаете?

Вы должны войти, чтобы оставлять комментарии.